Британская самоходно-артиллерийская установка Bishop

Британская САУ класса самоходных гаубиц времён Второй мировой войны, построенная на базе танка «Валентайн» (Valentine). Разработка этой САУ велась в спешке, чтобы придать мобильность отлично зарекомендовавшей себя в боях 25-фунтовой пушке-гаубице. В результате этой спешки новая машина оказалась проблемной при эксплуатации, а некоторые её недостатки оказались и вовсе неустранимыми. Поэтому она выпускалась малой серией и была вскоре заменена в производстве на лучшие образцы самоходных орудий. Название Bishop (англ. епископ) является традиционным для британских самоходных гаубиц, которые в качестве названий имели титулы духовных лиц.
Быстроманёвренный характер боевых действий в Северной Африке привёл к заказу самоходной гаубицы, вооружённой 25-фунтовым орудием QF 25 pounder. В июне 1941 года разработка была поручена фирме Birmingham Railway Carriage and Wagon Company. Построенная там самоходка получила официальное обозначение Ordnance QF 25-pdr on Carrier Valentine 25-pdr Mk 1, но стала более известной под названием Bishop.

Основой для Bishop послужил корпус танка Валентайн II. У базовой машины башню заменили на невращающуюся коробчатую рубку с большими дверями с задней её стороны. В этой надстройке размещалась 25-фунтовая пушка-гаубица. В результате такого размещения основного вооружения машина получилась очень высокой. Максимальный угол возвышения орудия составлял всего 15°, что позволяло вести огонь на максимальную дистанцию в 5800 м (что было практически в два раза меньше максимальной дистанции огня той же 25-фунтовки в буксируемом варианте). Минимальный угол склонения составлял 5°, а наводка в горизонтальной плоскости ограничивалась сектором в 8°. В дополнение к основному вооружению машина могла оснащаться 7,7-мм пулемётом Bren.
Первоначальный заказ последовал на 100 самоходок, которые были поставлены в войска в 1942 году. Ещё 50 машин было заказано впоследствии, но до сих пор неясно, были ли этот заказ выполнен.
Впервые Bishop участвовал в боях во время второй Битвы при Эль-Аламейне в Северной Африке и ещё оставался на вооружении на раннем этапе итальянской кампании союзников. Из-за упомянутых выше ограничений, дополненных низкой скоростью «Валентайна», Bishop почти всегда оценивался как плохая машина. Чтобы хоть как-то улучшить недостаточную дальность стрельбы, экипажи часто сооружали большие наклонные к горизонту насыпи — Bishop, въезжая на такую насыпь, приобретал дополнительный угол возвышения.
В войсках Bishop был заменён на САУ M7 Priest и Sexton, как только численность последних позволила произвести такую замену.

Советский тяжелый танк КВ-85

Советский тяжёлый танк периода Великой Отечественной войны. Аббревиатура КВ означает «Клим Ворошилов» — официальное название серийных советских тяжёлых танков выпуска 1940—1943 гг. в честь героя Гражданской войны в России, военного и политического деятеля Ворошилова Климента Ефремовича. Индекс 85 означает калибр основного вооружения машины.
Эта боевая машина была разработана конструкторским бюро опытного завода № 100 в мае — июле 1943 года в связи с появлением у противника новых тяжёлых танков «Тигр».
КВ-85 находился в производстве на ЧКЗ три месяца с августа по октябрь 1943 года. В августе было построено 22 танка, в сентябре — 63 танка и в октябре — 63 танка. Малый объём поставок 85-мм пушки Д-5Т и большая надобность в ней для вооружения новых танков ИС-1 и Т-34-85 привели к тому, что в августе производство КВ-85 велось параллельно с КВ-1с, а в ноябре 1943 года наивысший приоритет был присвоен выпуску танка ИС и КВ-85 был вовсе снят с производства.
КВ-85 по своей сути являлся переходной моделью между танками типов КВ-1с и ИС-1. От первого КВ-85 полностью заимствовал ходовую часть и большое количество деталей бронекорпуса, а от второго — башню с орудием. Изменения касались только бронедеталей подбашенной коробки — у КВ-85 они были изготовлены заново для размещения новой и более габаритной по сравнению с КВ-1с башни с погоном 1800 мм. Танк имел классическую компоновку, что и все другие серийные советские тяжёлые и средние танки того времени. Бронекорпус от носа к корме последовательно делился на отделение управления, боевое отделение и моторно-трансмиссионное отделение. Механик-водитель размещался в отделении управления, три других члена экипажа имели рабочие места в боевом отделении, которое объединяло среднюю часть бронекорпуса и башню. Там же располагались орудие, боезапас к нему и часть топливных баков. Двигатель и трансмиссия были установлены в корме машины.
Броневой корпус танка сваривался из катаных броневых плит толщиной 75, 60, 40, 30 и 20 мм Броневая защита дифференцированная, противоснарядная. Броневые плиты лобовой части машины устанавливались под рациональными углами наклона. Обтекаемая башня представляла собой броневую отливку сложной геометрической формы, её борта толщиной 100 мм располагались под углом к вертикали для повышения снарядостойкости. Лобовая часть башни с амбразурой для орудия, образованная пересечением четырёх сфер, отливалась отдельно и сваривалась с остальными бронедеталями башни. Маска орудия представляла собой цилиндрический сегмент гнутой катаной бронеплиты и имела три отверстия — для пушки, спаренного пулемёта и прицела. Башня устанавливалась на погон диаметром 1800 мм в броневой крыше боевого отделения и фиксировалась захватами во избежание сваливания при сильном крене или опрокидывании танка. Поверхность «соприкосновения» нижнего погона башни и верхнего погона бронекорпуса была несколько утоплена в крышу боевого отделения, что исключало её заклинивание при обстреле. Погон башни размечался в тысячных для стрельбы с закрытых позиций.
Основным вооружением КВ-85 являлась нарезная полуавтоматическая танковая пушка Д-5Т калибра 85 мм с длиной ствола в 51,6 калибров и клиновым затвором. Эта артиллерийская система была разработана в конструкторском бюро завода №9 под руководством Фёдора Фёдоровича Петрова на основе 85-мм пушки Д-5С, которой вооружались самоходно-артиллерийские установки СУ-85. В конструкцию орудия были внесены только необходимые изменения для её установки в башне танка вместо монтировки рамного типа в САУ СУ-85. Обе модификации пушки имели баллистику 85-мм зенитной пушки обр. 1939 г. (52-К) — калиберный снаряд массой 9,2—9,6 кг по выходе из ствола имел скорость около 800 м/с. Соответственно у этих артиллерийских систем были полностью совместимыми боеприпасы унитарного заряжания.

Орудие монтировалось на цапфах в башне и было полностью уравновешено. Сама башня кругового вращения с орудием Д-5Т также являлась уравновешенной: её центр масс располагался на геометрической оси вращения. Пушка Д-5Т имела вертикальные углы наводки от −5° до +25°, при фиксированном положении башни она могла наводиться в небольшом секторе горизонтальной наводки (т. н. «ювелирная» наводка). Для вращения башни использовался электрический привод, в случае его отказа или повреждения имелся и ручной механический механизм поворота. Выстрел производился посредством электрического или ручного механического спуска.
Боекомплект орудия составлял 70 выстрелов. Выстрелы укладывались в башне и вдоль обоих бортов боевого отделения.
КВ-85 оснащался четырёхтактным V-образным 12-цилиндровым дизельным двигателем В-2К мощностью 600 л. с. (441 кВт). Пуск двигателя обеспечивался стартёром СТ-700 мощностью 15 л. с. (11 кВт) или сжатым воздухом из двух резервуаров ёмкостью 5 л в боевом отделении машины. КВ-85 имел плотную компоновку, при которой основные топливные баки объёмом 600—615 л располагались и в боевом, и в моторно-трансмиссионном отделении. Танк также оснащался четырьмя наружными дополнительными топливными баками общей ёмкостью 360 л, не связанными с топливной системой двигателя.Танки КВ-85 поступали на вооружение ОГвТТП, начиная с сентября 1943 года. Приблизительно тогда же (с некоторой задержкой, необходимой для формирования новых частей и отправкой их на фронт) они вступали в бой, преимущественно на южных направлениях. Поскольку КВ-85 по своим характеристикам несколько уступали немецким тяжёлым танкам и их бронезащита уже не была достаточной, то бои с участием КВ-85 шли с переменным успехом, а результат в известной степени определялся выучкой экипажей.
Основным назначением КВ-85 был прорыв заранее укреплённых оборонительных полос врага, где основной опасностью были не столько танки противника, сколько его противотанковые буксируемые и самоходные пушки, минно-взрывные и инженерные заграждения. Несмотря на недостаточное бронирование, свою задачу КВ-85 в основном выполнили, но ценой значительных потерь. Небольшой объём выпуска и интенсивное использование КВ-85 привели к тому, что к осени 1944 года из-за безвозвратных боевых потерь и списаний в строевых частях танков этого типа уже не осталось, позже этого периода какие-либо упоминания о их боевом использовании в литературе отсутствуют.

Немецкая 88-мм противотанковая пушка.

Немецкая 88-мм противотанковая пушка времён Второй мировой войны. Pak в переводе дословно означает «противотанковая пушка» (нем. Panzerabwehrkanone) и является стандартным сокращением для всех немецких орудий этого класса. Индекс «43» соответствует году постройки первого опытного образца.
Разработка Pak 43 была начата в конце 1942 года фирмой «Крупп» (Krupp). Необходимость очень мощной противотанковой пушки диктовалась постоянно увеличивающейся бронезащитой танков стран антигитлеровской коалиции. Другим стимулом была нехватка вольфрама, использовавшегося тогда в качестве материала для сердечников подкалиберных снарядов 75-мм пушки Pak 40. Постройка более мощного орудия открывала возможности по эффективному поражению сильнобронированных целей обычными стальными бронебойными снарядами.
Базой для Pak 43 послужило 88-мм зенитное орудие Flak 41 с длиной ствола в 71 калибр. Изначально Pak 43 монтировалась на специализированном лафете, унаследованном от зенитной пушки. Впоследствии с целью упрощения конструкции и уменьшения габаритов её качающаяся часть была смонтирована на лафете 105-мм полевой гаубицы leFH 18, сходном по типу с лафетом 75-мм противотанковой пушки Pak 40. Этот вариант получил обозначение Pak 43/41. В 1943 году новые пушки дебютировали на поле боя и их производство продолжалось до конца войны. Из-за сложной технологии производства и высокой стоимости было выпущено всего 3502 таких орудия.
На базе Pak 43 были разработаны танковая пушка KwK 43 и пушка для самоходно-артиллерийских установок (САУ) StuK 43. Этими орудиями вооружались тяжёлый танк PzKpfw VI Ausf B «Tiger II» («Королевский тигр»), истребители танков «Фердинанд» и «Ягдпантера»,
легкобронированная противотанковая САУ «Nashorn» («Hornisse»).

Противотанковая пушка Pak 43 в 1943—1945 гг. была очень эффективным средством против любого воевавшего танка союзников. Надёжную защиту от её огня удалось реализовать только в советском тяжёлом танке ИС-3, не принимавшем участия в боевых действиях во Второй мировой войне. Предыдущая модель советского тяжёлого танка ИС-2 образца 1944 года была лучшей по стойкости против огня Pak 43 среди воевавших машин. Верхняя лобовая со «спрямлённым» носом позднего выпуска бронеплита ИС-2 хорошо противостояла снарядам Pak 43, но это не давало удовлетворительной защиты в целом: снаряды Pak 43 относительно легко пробивали башню, борта и нижнюю лобовую бронеплиту. В общей статистике по безвозвратным потерям ИС-2 поражения от 88-мм пушек составляют около 80 % случаев. Любой прочий танк СССР, США или Великобритании вообще не предоставлял своему экипажу хоть какой-нибудь защиты от снарядов Pak 43.
С другой стороны, орудие Pak 43 было чрезмерно тяжёлым: его масса составляла 4400 кг в боевом положении. Для транспортировки Pak 43 требовался достаточно мощный специализированный тягач. Проходимость сцепки тягача с орудием на слабых грунтах была неудовлетворительной. Тягач и буксируемая им пушка были уязвимы на марше и при разворачивании на боевой позиции. Кроме того, в случае фланговой атаки противника было затруднительно повернуть ствол Pak 43/41 в угрожаемом направлении. Иную ситуацию имела пушка Pak 43 на четырёхосном лафете, позволявшего вести огонь по бронетехнике во всех направлениях, т. е. на 360°, также имея угол возвышения и склонения от −8 до +40°. Повозка лафета имела независимое подрессоривание для каждого колеса. При переводе из походного положения в боевое пушка опускалась на четыре опоры, которые придавали ей устойчивость во время стрельбы в любом направлении и при всех углах возвышения. Горизонтирование пушки производилось по уровням домкратом, расположенным на концах продольной балки повозки. Для защиты расчёта и материальной части пушки от поражения осколками снарядов и пулями на верхнем станке было установлено щитовое прикрытие. Помимо этого, в боевом положении Pak 43 на четырёхосном лафете была ниже Pak 43/41 (немецкие солдаты дали Pak 43/41 неофициальное название «Амбарные ворота» за большие размеры), что существенно облегчало маскировку орудия на местности, и легче. Тяжёлые противотанковые пушки стран антигитлеровской коалиции (советская 100-мм полевая пушка образца 1944 года (БС-3) и британская 17-фунтовка), относительно близкие к Pak 43/41 по бронебойным способностям, были существенно легче и меньше страдали от отмеченных выше ограничений. Вторым недостатком Pak 43, помимо большой массы, было относительно слабое действие по небронированным целям. При всех своих отличных баллистических данных орудие было малоподвижным из-за большой массы. Если эта пушка вступала в бой с танками, то она часто не имела возможности прекратить его: она должна была либо уничтожить противника, либо быть уничтоженной сама. Таким образом, следствием большой массы были очень высокие потери в материальной части и личном составе.

Бронепробиваемость калиберных снарядов пушки под углом 60 град.:

100 м......................203 мм
1000 м.....................167 мм
2500 м.....................127 мм

Исходя из этих данных можно утверждать, что орудие, при наличии опытного расчета, могло поразить советский Т-34 или американский "Шерман" с расстояния более 3 км.

Советская тяжелая самоходно-артиллерийская установка ИСУ-122

Устройство САУ ИСУ-122 отличается от устройства ИСУ-152 только установкой орудия и раскладкой боеприпасов. Ввиду меньшего калибра снарядов в самоходке удалось разместить в полтора раза больший боекомплект по сравнению с ИСУ-152 - 30 артвыстрелов. Основным вооружением САУ является 122-мм орудие А-19 (или его модернизированный вариант Д25-С). Эта пушка была разработана в 1931 г. группой конструкторов Всесоюзного орудийно-арсенального объединения под руководством С. П. Шукалова. В 1937 г. конструкторское бюро артиллерийского завода в Мотовилихе во главе с Ф. Ф. Петровым выполнило наложение ствола этого орудия на нормализованный лафет 52-Л-504А гаубицы-пушки МЛ-20. Это обстоятельство сыграло большую положительную роль как для буксируемой, так и для самоходной артиллерии. Одинаковая лафетная часть обеих артсистем существенно упрощала замену качающейся, именно поэтому конструкторам ЧКЗ удалось так быстро сконструировать ИСУ-122 на базе уже разработанной ИСУ-152. Для стрельбы из пушек А-19 или Д-25С применяются следующие типы боеприпасов:

осколочно-фугасная пушечная граната ОФ-471Н с привинтной головкой
осколочно-фугасная цельнокорпусная короткая пушечная граната ОФ-471Н
осколочно-фугасная цельнокорпусная длинная пушечная граната ОФ-471
осколочно-фугасная стальная гаубичная граната ОФ-462
бронебойно-трассирующий остроголовый снаряд БР-471
бронебойно-трассирующий снаряд с баллистическим наконечником БР-471Б
бетонобойный пушечный снаряд Г-471
Осколочно-фугасная граната ОФ-471 весом 25 кг по выходе из ствола имеет скорость 800 м/с и при установке взрывателя на осколочное действие наносит поражение осколками на 40 м по фронту и на 8 м в глубину. При фугасном действии в грунте средней плотности образуется воронка диаметром около 3 м 30 см и глубиной около 1 м 30 см. На расстоянии в 1 км бронебойно-трассирующий снаряд БР-471 пробивал лобовую броню любого танка вермахта. [6]

В качестве оружия для защиты от нападения с воздуха начиная со второй половины 1944 года на части машин устанавливался 12.7-мм зенитный пулемет ДШК с боекомплектом в 250 патронов. В ходе боевых действий его нередко приходилось применять и против вражеской пехоты. Особенно нужным это оказалось при штурмах городов, когда огнем этого пулемета можно было поражать вражеских бронебойщиков, укрытых развалинами или засевших на верхних этажах уцелевших зданий.

Из всех прочих узлов от ИСУ-152 отличались прицельные приспособления, которые были рассчитаны на большую дальность прямого выстрела. Экипаж самоходки по штату состоял из 5 человек (командир, командир орудия (наводчик), механик-водитель, замковый и заряжающий), но иногда ИСУ-122С использовались и с экипажем из 4 человек (обязанности заряжающего исполнял замковый). Высвободившееся место могло быть использовано для размещения дополнительного боезапаса.

Боевое применение
Первые самоходки ИСУ-122 начали поступать в действующую армию в апреле 1944 г. Также как и ИСУ-152, они состояли на вооружении отдельных тяжелых самоходных артиллерийских полков в составе 21 самоходки - 4 батареи по 5 машин плюс 1 машина командира полка. Рекомендованная тактика боевого применения была одинаковой для ИСУ-122 и ИСУ-152, но на практике у каждой из них нашлась своя "жизненная ниша". Несмотря на огромную разрушительную мощь 152-мм снаряда, гарантированно поражавшего любого представителя бронетехники вермахта, ИСУ-152 имела невысокую скорострельность и небольшой запас снарядов, что ограничивало ее возможности как САУ-истребителя танков. ИСУ-122 была куда более подходящей для этой цели - ее боезапас был в полтора раза больше, чем у ИСУ-152. Кроме того, 122-мм снаряды имели почти вдвое меньшую массу по сравнению со снарядами калибра 152 мм. Это облегчало нелегкий труд заряжающего с замковым и повышало практическую скорострельность. Поэтому ИСУ-122 сразу же приобрела на фронте большую популярность в роли мощного и дальнобойного истребителя танков. Весной и летом 1944 года тяжелые САУ серии ИСУ вместе с тяжелым танком ИС-2 были единственными машинами Красной Армии, способными уничтожать немецкие тяжелые танки на дистанциях боя, превышающих 1 километр. В наступлении ИСУ-122 использовались следующим образом: они следовали за основным боевым порядком атакующих танков на расстоянии 200 - 300 м и своим огнем поддерживали их атаку. В случае танковой контратаки противника они часто выдвигались вперед и прицельным огнем прямой наводкой поражали вражеские машины. Другим эффективным приемом в борьбе с танками неприятеля была организация дальних артиллерийских засад на пути следования колонн противника. Благодаря мощному и дальнобойному орудию отпадала надобность в тесном сближении с противником, что значительно понижало шанс своевременного раскрытия засады. Ввиду относительно небольшой высоты самоходки она хорошо маскировалась на местности и вероятность ее обнаружения противником с расстояния порядка километра была очень невелика.

ИСУ-122 активно использовались во всех штурмовых действиях, которые Красная Армия вела на заключительном этапе войны. Большая кинетическая энергия 122-мм снарядов позволяла пробивать стены ДОТов и домов капитальной кладки, превращенных в узлы сопротивления; срывать бронеколпаки с пулеметных гнезд. Многие из этих задач были непосильны даже для 85-мм орудий, не говоря уже об артсистемах меньших калибров. Большую роль играло хорошее бронирование самоходки - она могла выдвигаться на дистанцию прямого выстрела и поражать им выбранную цель. Для буксируемой артиллерии крупного калибра зачастую это было невозможным из-за сильного пулеметного и прицельного снайперского огня противника. Для защиты от вражеских бронебойщиков и противотанковых орудий самоходку в городских боях сопровождала штурмовая группа пехотинцев - отделение автоматчиков, иногда усиленное снайпером или огнеметчиком.

Примечателен тот факт, что в ходе штурмовых действий ИСУ-122 иной раз подменяли танк-базу ИС-2 в отдельных гвардейских тяжелых танковых полках (ОГвТТП). Так 8 марта 81 ОГвТТП получил 20 ИСУ-122 из четырех маршевых батарей (на тот момент в нем оставался 1 исправный танк ИС-2) и вступил в бой с окруженным в районе к юго-западу от Кенигсберга противником. За 12 дней боев полк потерял убитыми 7 офицеров и 8 солдат, ранеными 11 офицеров и 13 солдат и сержантов; в ходе сражений сгорело 10 ИСУ-122 и еще 5 были повреждены. Танкисты, переквалифицировавшись в самоходчиков, захватили населенные пункты Айзенберг, Вальтерсдорф, Биркнау, Грунау и вышли на побережье Балтийского моря. Полк уничтожил 5 танков, 3 штурмовых орудия, 65 противотанковых пушек, 8 БТР, 9 тягачей и захватил исправными 18 орудий и одну "Пантеру".

Сравнение ИСУ-122 с другими САУ

Многое из сказанного про ИСУ-152 в посвященной ей статье можно повторить и про ИСУ-122. Однако в этом вопросе есть и существенные особенности, которые стоит рассмотреть более внимательно. Все варианты самоходных орудий серии ИСУ можно классифицировать и как тяжелые истребители танков, и как тяжелые штурмовые орудия. Однако расстановка акцентов в отношении боевого применения этих САУ была своя для каждой машины: ИСУ-152 больше тяготела к роли штурмового орудия, а ИСУ-122 - к роли истребителя танков. В армии нацистской Германии истребителем танков той же категории по массе, что и ИСУ-122, была "Ягдпантера", а у наших бывших союзников серийных машин такого класса просто не было.

Подробно сравнивать ИСУ-122 и "Ягдпантеру" особого смысла нет: их орудия были одними из самых эффективных противотанковых средств своего времени. Желающим более детально "проработать" этот вопрос можно порекомендовать статью на сайте The Russian Battlefield, хоть она и посвящена сравнению базового танка ИС-2 с Pz Kpfw V, VIH и VIB. В ней достаточно полно описаны характеристики орудий Д-25Т и KwK43 (что практически равноценно их вариантам для САУ Д-25С и StuK43). Отметим только, что недостатки снарядов Д-25С более чем с лихвой "компенсировались" плохим качеством брони немецкой бронетехники, выпущенной во второй половине 1944 года и позже. Поэтому не стоит особо "цепляться" за цифры бронепробиваемости, приводимые в популярных книгах и справочниках - обоим орудиям было по силам вывести из строя любой образец бронетехники противника.

К примеру, если спрямленная верхняя лобовая деталь ИС-2 очень неплохо противостояла 88-мм снарядам, то "лакомым" местом для StuK43 оставались нижняя лобовая деталь и башня. С другой стороны, непроницаемость лобовой брони "Элефанта" для Д-25С не делала его неуязвимым - разрыв осколочно-фугасного 122-мм снаряда выводил из строя внутренние узлы и агрегаты "Элефанта", срывал его орудие с цапф и корежил его. В итоге, грозная боевая машина с непробитой броней все равно превращалась в 68 тонн бесполезного металла.

То есть и то, и другое орудие имело свои преимущества и недостатки. Пушка Д-25С выигрывала у StuK43 по дульной энергии и осколочно-фугасному действию своих снарядов, но проигрывала в 2.5 - 3 раза в скорострельности из-за раздельного заряжания (StuK43 имела унитарное) и в "ассортименте" своих снарядов (на 1944 и начало 1945 года у Д-25С не было ни подкалиберных снарядов, ни снарядов с баллистическим наконечником). Соответственно, очень хорошее "чисто бронебойное" действие StuK43 (иной раз на дистанции до 5 км!) покупалось очень низкими (по сравнению с Д-25) его противопехотными возможностями.

То же самое можно сказать и про шасси обеих самоходок. ИСУ-122 была несколько сильнее бронированной, но углы наклона максимальных по площади фронтальной проекции броневых деталей были куда меньше, чем у "Ягдпантеры". А у последней бортовая броня была уязвима даже для снарядов 45-мм советских противотанковых орудий. Кроме того, "Ягдпантера" была сложной в производстве и ремонте, страдала низкой надежностью отдельных узлов и агрегатов. В первой половине 1944 года ИСУ-122 тоже не могла похвастаться высокой надежностью, но хорошая технологичность машины помогла избавиться от механических поломок в эксплуатации к осени того же года. В общем же, можно только повторить тот тезис, что и ИСУ-122, и "Ягдпантера" были одними из самых эффективных истребителей танков своего времени, каждая со своим набором достоинств и недостатков.

Что касается ИСУ-122 как тяжелого штурмового орудия, то она вместе с ИСУ-152 не имела аналогов среди серийных образцов немецкой или англоамериканской бронетехники в той же категории по массе машины. Осколочно-фугасное действие 122-мм пушечного снаряда Д-25С было достаточно сильным, чтобы эффективно поражать укрытую в окопах или зданиях живую силу неприятеля; однако его высокая начальная скорость и меньший угол возвышения орудия несколько снижали его противопехотное действие по сравнению с гаубичным снарядом того же калибра. Поэтому в борьбе с окопавшейся пехотой врага иной раз средняя самоходная гаубица СУ-122 была эффективнее, чем тяжелая ИСУ-122. Кроме того, большой вылет ствола пушки у ИСУ-122 иногда сильно затруднял маневрирование самоходки в стесненных условиях городского боя. Но и пушка Д-25С у ИСУ-122 имела преимущества перед гаубицей М-30 у СУ-122: высокая начальная скорость бетонобойного снаряда позволяла поражать долговременные фортификационные сооружения и бронеколпаки, устойчивые к фугасному действию снарядов того же калибра. И хотя ИСУ-122 применялись достаточно широко в роли штурмового орудия, считалось, что для такого применения предпочтительнее СУ-152 или ИСУ-152, несмотря на их меньшие скорострельность и боезапас.

Анатолий Сорокин, Нижний Новгород

(Броне-сайт, сентябрь 2004)

Советская самоходно-артиллерийская установка CУ-85

Самоходная установка СУ-85 была разработана конструкторским бюро УЗТМ под руководством Л. И. Горлицкого в апреле — мае 1943 г. Опытный образец машины, имевший наименование СУ-85-II, был изготовлен на УЗТМ совместно с заводом № 50 НКТП в июле 1943 г. Ведущим инженером машины был Н. В. Курин. В июле-августе того же года машина успешно прошла заводские и государственные испытания на Гороховецком АНИОПе. Установка СУ-85 была принята на вооружение 7 августа 1943 г. Серийное производство было организовано на УЗТМ в августе 1943 г. и продолжалось до сентября 1944 г. Всего было выпущено 2339 установок, которые предназначались для уничтожения немецких тяжелых танков «Тигр» на дальностях стрельбы 500 — 1000 м.

Самоходная установка СУ-85 была создана на базе среднего танка Т-34 и относилась к типу полностью бронированных самоходных установок. Броневая рубка имела переднее расположение и была выполнена по типу рубки опытной самоходной установки СУ-122М-Боевое отделение и отделение управления были совмещены. Механик-водитель и наводчик размещался слева от пушки, за ним — заряжающий, командир машины — справа от нее. На крыше броневой рубки находилась неподвижная командирская башенка с панорамой ПТК с круговым обзором и двумя зеркальными смотровыми приборами. На части самоходных установок использовалась командирская панорама ПТК-5. В ходе серийного производства панорама ПТК была заменена на смотровой прибор МК-4, а для улучшения очистки воздуха от пороховых газов в боевом отделении установили два вентилятора. Смотровая башенка для панорамы отсутствовала, а вместо нее в верхней части лобового листа рубки был сделан прилив со специальным лючком, закрываемым двухстворчатыми броневыми крышками. Для наблюдения за полем боя на крыше рубки у правого и левого бортов были установлены зеркальные смотровые приборы, прикрытые броневыми колпаками. Посадка экипажа в машину производилась через люк механика-водителя и двухстворчатый люк, располагавшийся в задней части крыши и кормовом листе броневой рубки. Крышка люка механика-водителя с установленными смотровыми приборами была унифицирована с крышкой люка танка Т-34.
В качестве основного оружия на самоходной установке использовалась 85-мм нарезная пушка Д-5С-85 или 85-мм нарезная пушка Д-5С-85-А с длиной ствола 48,8 калибра. Пушка Д-5С-85 с клиновым затвором с полуавтоматикой копирного типа и баллистикой зенитной пушки обр. 1939 г. была установлена в рамке. Для наведения орудия использовались: подъемный механизм секторного типа и поворотный механизм винтового типа. Углы наводки по вертикали составляли от -5 до +25°, по горизонту — в секторе ±10°. При стрельбе прямой наводкой использовался телескопический прицел 10Т-15, а для ведения огня с закрытых огневых позиций и прямой наводкой — панорамный прицел. Вместо прицела 10Т-15 мог устанавливаться телескопический шарнирный прицел ТШ-15. Дальность стрельбы прямой наводкой составляла 3800 м, наибольшая — 13600 м. Скорострельность — 6-7 выстр./мин. Спусковой механизм ручной. Спуск осуществлялся нажатием на рычаг. В ходе серийного производства для орудия был установлен электроспуск. Масса качающейся части орудия составляла 1230 кг.

85-мм пушка Д-5С-85-А отличалась от пушки Д-5С-85 цельнолитым стволом и конструкцией казенника, наметками люльки и неподвижной части ограждения. При стрельбе прямой наводкой использовался панорамный прицел от 76-мм пушки обр. 1942 г. (ЗИС-3). Масса качающейся части орудия составляла 1370 кг.

Собранные затворы и отдельные детали затворов пушек Д-5С-85 и Д-5С-85-А были невзаимозаменяемыми. Взаимозаменяемость деталей пушек существовала только по раме, тормозу отката, накатнику, откидной части ограждения, подъемному и поворотному механизмам, а также по спусковому механизму.

В боекомплект самоходной установки входили 48 унитарных выстрелов с бронебойно-трассирующим остроголовым и тупоголовым снарядами (БР-365К и БР-365) с взрывателем МД-3 и МД-8 и осколочной стальной гранатой (О-365К) с взрывателем КТМ-1. Кроме перечисленных выстрелов могли применяться выстрелы с осколочной гранатой О-365 с дистанционным взрывателем Т-5. Начальная скорость бронебойного снаряда составляла 792 м/с, осколочного — 785 м/с. Бронебойный снаряд на дальности 1000 м пробивал вертикально расположенную броню толщиной 102 мм. В 1944 г. в состав боекомплекта был введен выстрел с подкалиберным бронебойно-трассирующим снарядом (БР-365П). Артиллерийские выстрелы укладывались: 17 выстрелов — в боеукладку в нише левого борта (кроме того, в эту боеукладку могли укладываться дополнительно 2 выстрела с бронебойным снарядом); 10 выстрелов — в вертикальный стеллаж у моторной перегородки; 1 выстрел — в вертикальный стеллаж у левого борта; 14 выстрелов — в ящик под орудием (кроме того, в гнезда этого ящика могли укладываться дополнительно 4 выстрела с бронебойными снарядами). В корпусе машины укладывались два 7,62-мм пистолета-пулемета ППШ с боекомплектом 1420 патрон (20 дисков, из них 12 дисков укладывались в стеллаж под правой шахтой боевого отделения и 8 дисков — в двух походных сумках за правой шахтой боевого отделения), 24 ручных гранаты Ф-1 (12 гранат укладывались в стеллаж под сиденьем механика-водителя и 12 гранат — в стеллаже под вертикальной снарядной укладкой у левого борта и 5 противотанковых гранат (в специальном ящике около правой средней шахты).Броневая защита — противоснарядная. Корпус и рубка сварные, выполненные из броневых катаных листов толщиной 20 и 45 мм. Лобовой лист корпуса и броневой рубки был сплошным, имел толщину брони 45 мм и был наклонен под углом 50° от вертикали. Маска пушки имела броневую защиту толщиной 52 мм. Конструкция броневого корпуса установки СУ-85 за исключением лобового листа и крыши броневой рубки была аналогичной корпусу установки СУ-122. Наклонные бортовые листы рубки выходили за пределы корпуса, увеличивая объем боевого отделения. В ходе серийного производства толщина бортов командирской башенки была увеличена с 20 до 45 мм, а соединение броневых листов корпуса было переведено со «стыкового» на «шиповое». Кроме того, было усилено крепление подвижного щита бронировки пушки за счет введения промежуточного станка и усиленных болтов.
Силовая установка и трансмиссия были заимствованы у среднего танка Т-34. В кормовой части машины в моторном отделении устанавливался дизель В-2-34 мощностью 500 л.с. (368 кВт). Пуск двигателя производился с помощью стартера СТ-700 мощностью 15 л.с. (11 кВт) и напряжением 24 В или сжатым воздухом из двух воздушных баллонов. Емкость основных топливных баков составляла 465 л, запасных — 300 л. Запас хода машины по шоссе достигал 350 км.

В состав трансмиссии входили главный фрикцион, пятиступенчатая коробка передач, два бортовых фрикциона и два бортовых редуктора. В качестве механизма поворота использовались бортовые фрикционы. Приводы управления — механические.

В связи со смещением центра тяжести машины к носу корпуса были усилены передние узлы подвески, передние балансиры, а первые опорные катки устанавливались на трех шарикоподшипниках. Поскольку масса установки СУ-85 не превышала массу танка Т-34, то ее характеристики подвижности остались на уровне базовой машины. Однако большой вылет ствола ограничивал маневр в узких проходах и преодоление некоторых противотанковых препятствий (воронка, контрэскарп).

Электрооборудование машины было выполнено по однопроводной схеме (аварийное освещение — двухпроводное). Напряжение бортовой сети составляло 24 и 12 В. В качестве источников электроэнергии использовались четыре аккумуляторных батареи 6СТЭ-128, соединен-Еплх последовательно-параллельно с общей емкостью 256 А•ч и генератор ГТ-4563-А с реле регулятором РРА-24Ф мощностью 1 кВт и напряжением 24 В. Для внешней радиосвязи на машине устанавливалась радиостанция 9Р (9РМ) или 9РС, для внутренней связи — танковое переговорное устройство ТПУ-3 или ТПУ-2.

С сентября 1944 г. в течение трех месяцев на УЗТМ одновременно выпускались самоходные установки СУ-85 и СУ-100. На заводе были проведены мероприятия по унификации корпуса, обеспечивающие установку в машине 85-или 100-мм пушки. Модернизированная самоходная установка получила наименование СУ-85М. Первая унифицированная самоходная установка была выпущена в июле 1944 г., с августа того же года УЗТМ приступил к серийному выпуску самоходных установок СУ-85М, Всего было выпущено 315 машин.

Самоходная установка СУ-85М имела лобовую броню толщиной 75 мм, командирскую башенку, увеличенный до 60 выстрелов боекомплект, улучшенную вентиляцию боевого отделения от пороховых газов. Сектор наведения орудия по горизонту сократился с 20 до 16°. Остальные боевые и технические характеристики машины были сохранены на уровне характеристик самоходной установки СУ-85.




 
А. Г. Солянкин, М. В. Павлов, И. В. Павлов, И. Г. Желтов

(Советские средние артиллерийские установки 1941-45 гг. — М.: ООО «Издательский центр «Экспринт», 2005. — 48 с.)

Советский легкий танк Т-70

Знакомые кадры старой военной кинохроники. Контрнаступление Красной Армии под Москвой. На одну из площадей только что освобожденного Волоколамска, обгоняя усталых бойцов, въезжает небольшой приземистый танк с тонкой и длинной пушкой. Это Т-60 - легкий танк, широко применявшийся в ходе боев зимней кампании 1941/42 года.

Созданию танков этого класса (массой до 15 т) у нас в 30-е годы придавалось значительное внимание. Они предназначались для непосредственной поддержки пехоты и кавалерии, охраны штабов, сопровождения войск на марше, а также в качестве разведывательных и командирских машин. Считалось, что в случае войны действующие автозаводы смогут быстро наладить массовое производство легких танков. На них нередко применялись освоенные промышленностью автомобильные агрегаты, они требовали меньше дефицитного бронелиста, а трудоемкость их изготовления была гораздо ниже, чем средних и тем более тяжелых танков.

Незадолго до войны ленинградцы построили хороший 14,5-тонный Т-50 с 37-мм броней (толще, нежели у других легких танков), мощным дизелем, многоступенчатой трансмиссией и вооруженный 45-мм пушкой. Однако оригинальный и конструктивно сложный Т-50 требовал серьезной перестройки производства, а по трудоемкости почти не отличался от среднего Т-34. Поэтому в массовую серию он не пошел.

Тем временем танковый завод, главным конструктором которого был Н. А. Астров, продолжал работать над легкими танками-амфибиями, в которых применялись автомобильные двигатели, коробки передач, элементы трансмиссии. Правда, броня у таких машин была тонкой (13 мм), вооружение ограничивалось пулеметами, и все-таки созданный в 1939 году 5,5-тонный Т-40 считался неплохим разведывательным танком.

Однако опыт войны показал, что чисто пулеметные, слабо защищенные машины уже не нужны, хотя сами по себе легкие танки и необходимы фронту. Тогда москвичи в инициативном порядке всего за 2,5 недели разработали на базе Т-40 неплавающий 6,4-тонный Т-60 с 35-мм лобовой броней и автоматической 20-мм авиационной пушкой. Постановлением Государственного Комитета Обороны производство Т-60 с октября 1941 года развернули на пяти заводах (головной - Горьковский автомобильный), которые до тех пор танкостроением не занимались.

Т-60 сыграли немаловажную роль в зимней кампании 1941/42 года. Подвижность и маневренность порой защищали его от артогня врага, а скорострельная пушка с высокой начальной скоростью бронебойного снаряда представляла серьезную опасность для легких танков и бронетранспортеров противника. Не страшна была Т-60 и суровая зима, их двигатели впервые были оснащены предпусковым обогревателем. До конца 1941 года фронт получил более полутора тысяч Т-60, что было очень важно, поскольку производство знаменитых тридцатьчетверок только налаживалось. А создатель шестидесятки, Н. А. Астров, вскоре был удостоен Государственной премии СССР.

И все же защита и вооружение Т-60 были недостаточны. Поэтому горьковские автостроители во главе с Н. А. Астровым (он стал заместителем главного конструктора этого завода), опять же в инициативном порядке, приступили к работе над более совершенным танком Т-70. Конструкторы бронекорпуса Ю. Н. Сорочкин, А. Н. Кириллов и Л. И. Белкин предложили защитить лобовую часть новой машины броней такой же толщины, как на Т-34. Основное оружие Т-70 - 45-мм пушка должна была размещаться (впервые на легких танках) в литой башне (конструктор В. А. Дедков). Больше всего забот конструкторам доставила силовая установка. Шестицилиндровый двигатель ГАЗ-11 мощностью 70 л. с., применявшийся на Т-60, для новой машины оказался недостаточно мощным. Тогда Н. А. Астров предложил установить на Т-70 два таких мотора, разместив их последовательно, в линию, но при первых же испытаниях "спарки", через 6- 10 ч, стали ломаться коленчатые валы второго двигателя, и только благодаря самоотверженным усилиям конструкторов А. А. Липгарта, А. М. Кригера, Н. Г. Мозохина, Г. В. Эварта ресурс спаренного силового агрегата удалось довести до требуемых 100 ч.

  
В январе 1942 года Т-70 был принят на вооружение РККА, а его создатели Н. А. Астров и А. А. Липгарт получили Государственную премию СССР. С марта 1942 года ГАЗ освоил его конвейерное производство (сначала параллельно с Т-60), получая бронекорпуса с Муромского паровозоремонтного завода. Вместо литой башни на танки стали ставить сварную, через некоторое время выпуск Т-70 наладили в Кирове и Свердловске, куда горьковчане поставляли силовые агрегаты.

По массовости (4883 машины) Т-70 в 1942 году занял второе место после тридцатьчетверки. Этот танк как нельзя лучше подходил для разведки боем, поддержки пехоты, для действий в лесисто-болотистой и резко пересеченной местности, недоступной другим танкам. Низкий силуэт и бесшумный двигатель делали Т-70 незаметным для противника, а высокая скорость и маневренность позволяли экипажам Т-70 поражать вражеские танки бронебойными снарядами в борт и корму. Известен случай, когда один Т-70, удачно сманеврировав, "зашел в хвост" бронированному "фердинанду" и поджег его. В одном строю с тридцатьчетверками Т-70 сражались под Сталинградом, на Курской дуге, участвовали в освобождении Советской Украины. При освобождении Киева командир роты Т-70 из 1-й чехословацкой танковой бригады подпоручник Р. Я. Тесаржик, скрытно вывел свои машины в тыл противника и, уничтожив там 9 дзотов, открыл путь наступающему мотострелковому батальону. Состояли семидесятки и на вооружении подразделений Войска Польского.

Тем временем горьковчане продолжали совершенствовать эту машину. Уже с сентября 1942 года началось производство Т-70М с усиленными ходовой частью и трансмиссией. Одним из его недостатков была малочисленность экипажа, поэтому командиру танка приходилось выполнять обязанности еще и наводчика, заряжающего, радиста и пулеметчика. На опытных машинах пробовали устанавливать 37-мм автоматическую пушку, применять 45-мм трехснарядные кассеты и морскую полуавтоматическую 45-мм пушку (она просто не умещалась в небольшой и тесной башне).

Положение изменилось после того, как в том же, 1942 году горьковчане разработали легкий танк Т-80, с усиленной до 25 мм бортовой броней. Угол возвышения пушки увеличили до 65°, что позволило экипажу вести огонь по верхним этажам зданий во время уличных боев и по воздушным целям. Трехместный Т-80 стал крупнее предшественников, его масса возросла до 11,6 т, что заставило танкостроителей форсировать двигатель до 170 л. с. Однако это отрицательно сказалось на его надежности и долговечности. После того как в 1943 году на одном из подмосковных машиностроительных заводов выпустили крупную партию Т-80, развитие боевых машин этого класса в нашей стране на некоторое время было остановлено. Легкие танки, разработанные перед войной, исчерпали возможности дальнейшего развития.

Зато с осени того же года заводы перешли на массовое производство в то время более необходимых самоходных артиллерийских установок СУ-76М, созданных на хорошо отработанной базе Т-70М.

А сами семидесятки активно применялись в боевых операциях и уже в качестве командирских, разведывательных машин участвовали в Висленско-Одерской и Берлинской операциях.

По мнению специалистов, Т-70М был лучшим легким танком второй мировой войны, превосходившим машины этого класса, выпущенные в Германии и США.

Евгений ПРОЧКО, инженер

(Техника молодежи, Историческая серия) 

Пауль Хауссер

Пауль Хауссер (нем. Paul Hausser, 7 октября 1880 — 21 декабря 1972) — немецкий военный деятель, генерал-лейтенант (1932), CC-Oберст-Группенфюрер и генерал-полковник войск СС (1944). Один из создателей и руководителей войск СС.

Во время польской кампании группенфюрер СС Хауссер был прикомандирован к танковой дивизии, в которой помимо солдат вермахта служили эсэсовцы. В октябре 1939 года была сформирована первая моторизированная пехотная дивизия, состоявшая целиком из солдат СС. Эту дивизию (позднее она получила название «Дас Райх»), положившую начало войскам СС, возглавил Хауссер. Он командовал ею во время французской кампании в 1940-м и на первых этапах нападения на Советский Союз, 8 августа 1941 года был награждён Рыцарским крестом Железного Креста.
Во время наступления на Можайск в октябре 1941 года в ожесточённом бою на Бородинском поле против 32-й стрелковой дивизии Хауссер был тяжело ранен — потерял глаз — и на несколько месяцев выбыл из строя.
После лечения в мае 1942 года Хауссер недолгое время служил в штабе, а в сентябре получил в командование танковый корпус СС в составе трёх танковых дивизий СС. Во время боев за Харьков в феврале 1943 года он открыто ослушался Гитлера и вывел войска из города, чтобы избежать окружения. За невыполнение приказа Гитлер задержал уже одобренное присвоение Хауссеру знака Дубовых листьев к его Рыцарскому кресту до июля 1943 года. Однако по мнению своих солдат он поступил правильно, даже несмотря на то, что Гитлер лично прилетел в штаб к фельдмаршалу фон Манштейну, командовавшему на тот момент группой армии «Юг». Решение генерала Хауссера оставить Харьков спасло 2-ой танковый корпус СС от полного разгрома и окружения. 16 февраля танковый корпус СС с боями оставляет город. В марте 1943 года корпус СС перешёл в контрнаступление и вновь захватил город (См. Третья битва за Харьков). Хауссер получил Дубовые листья 28 июля 1943 года.
Во время битвы на Курской дуге под началом Хауссера находились 1-я танковая дивизия СС «Лейбштандарте-СС Адольф Гитлер», 2-я танковая дивизия СС «Дас Рейх» и 3-я танковая дивизия СС «Тотенкопф».
После открытия второго фронта во Франции Хауссер с 28 июня 1944 года командовал 7-й армией в Нормандии. 1 августа 1944 получил звания оберстгруппенфюрера и генерал-полковника войск СС. В конце августа 1944 года во время битвы под Фалезом, в ходе которой большая часть 7-й армии была окружена и разгромлена войсками союзников, Хауссер был вновь тяжело ранен. 26 августа получил Рыцарский крест с Дубовыми листьями и Мечами. Вернулся на фронт в январе 1945 в качестве командующего группой армий «Верхний Рейн», затем группой армий «Г», «Юго-Запад». 8 мая 1945 года, когда Германия капитулировала, сдался войскам США.